Всем обещать и никому ни в чем не отказывать

фото: ru.wikipedia.org | Всем обещать и никому ни в чем не отказывать
фото: ru.wikipedia.org

Он ушел в вечность никому не должным и не обязанным. Родине своей он отдал все свои годы жизни, и ум, и энергию, и знания, и любовь. И за все сие был судим и оправдан десять раз. Каким был Николай Гондатти, последний гражданский генерал-губернатор Приамурского края?

Гондатти родился в Москве в семье итальянского скульптора и русской дворянки. После окончания физико-математического факультета Московского университета много путешествовал: от Сирии до Японии, возглавлял первую в России комплексную экспедицию по изучению земельных и других ресурсов Приамурья, которая выпустила более 40 томов научных трудов. В 1894 г. по приглашению приамурского генерал-губернатора Духовского отправился на Чукотку в должности начальника Анадырского округа. За научные работы по изучению чукчей и коряков Гондатти был удостоен большой золотой медали.

В 1897 г. Духовской предложил ему занять должность старшего чиновника особых поручений, а затем Гондатти стал заведующим переселенческим отделом в Приамурском крае. Переселение было делом нелегким, ведь, согласно распоряжению свыше, чтобы не подрывать экономику европейской России, переселять на Дальний Восток нужно было наиболее ленивые семьи. И с ними активному Гондатти работать было нелегко.

«Деревня Ново-Александровка. Цингой болели поголовно. Варят бурьян-траву, которую новоселам показали местные корейцы. Черемша дикая имеется на болотах, в тайге, но ее не собирают, так как на ее пользу никто не указал. Березовый сок собирают немногие великороссы, — вспоминал впоследствии Гондатти. — Ввиду отсутствия в крае рабочего скота, скорого прихода большого числа переселенцев, я вошел в сношение с местным скотопромом о поставке 1000 рабочих быков в возрасте от 4 до 7 лет, весом не менее 11 пудов и не дороже 80 рублей за быка. Теперь цена 130–150 рублей».

В 1905 г. Гондатти был назначен тобольским, а в 1908 г. — томским губернатором. Это время приходится на революционный подъем, студенческие волнения, которые по всей России подавляли силой. Гондатти изобрел свой способ. Он надел скромное штатское пальто и отправился на массовку. Попросил слова. Советовал воздержаться от эксцессов и, когда резолюция о мирной ликвидации конфликта была принята, распахнул полы пальто, и все узнали «ненавистного губернатора». Молодежь стала качать Гондатти.

Он жестко спрашивал за неисполнение должностных обязанностей. В июле 1906 г. даже написал тюменскому городскому исправнику Воробьеву: «Если в течение августа преступления в Тюмени значительно не сократятся, то будете уволены».

25 сентября 1908 г. Гондатти написал министру внутренних дел следующее: «Сибирское население в настоящее время избирает в члены Государственной думы людей пришлых, но это происходит не оттого, что у него своих коренных людей, годных для этого дела, нет, а потому, что оно еще не уяснило себе досконально сущности работы Государственной думы…» Поэтому он всячески способствовал просвещению населения и продвижению именно местных кадров.

«Боже упаси было опоздать»

В 1909 г. Гондатти был назначен главным начальником Приамурского края с окладом в 10 тыс. руб. в год с дополнительными выплатами за службу в Сибири в размере 1500 руб. За время его руководства была построена Амурская железная дорога, сооружен мост через Амур. Во времена Гондатти завершила свою работу Амурская комплексная экспедиция — самое крупное ученое предприятие в царствование Николая II. В ней участвовало около 100 специалистов, и для ее работы казна отпустила 600 тыс. руб. Усилилась общественная деятельность: в Хабаровске были открыты учительский институт, Общество востоковедения, Военно-историческое общество.

Заботясь о природе, Гондатти утвердил Правила о производстве охоты в заказных и казенных землях, в 1916 г. учредил Кедровую Падь — четвертый в России природоохранный и научно-исследовательский заповедник. Сам был любителем природы, постоянно отдыхая на Сидеми в имении Янковских. «Дорогой моему сердцу край», — отзывался он об этих местах.

Знавшие губернатора отмечали специфические черты его методов управления: «Если заседание назначалось в 12:00, то с последним ударом часов курьер распахивал дверь, и в ней появлялся подтянутый и деловитый Николай Львович. Боже упаси было опоздать. Все это знали и предпочитали лучше прийти за полчаса раньше. Помимо аккуратности Гондатти культивировал принцип «всем обещать и никому ни в чем не отказывать».

В Восточном институте во Владивостоке Гондатти, придя на корейское отделение, говорил примерно так: «Господа! Корейский язык — самый важный для местного деятеля. Исконная тяга корейского народа к России, их бескорыстная любовь к нашей родине может быть реализована в факторе первостепенной государственной важности, если корейцы будут управляться чиновниками, знающими их язык, нравы и обычаи. Изучайте корейский язык, господа! Корееведы всегда будут кандидатами на лучшие должности в крае».

А на японском отделении Николай Львович говорил: «Японский язык, господа, важный язык. Исторически и географически Япония и Россия — две могущественные соседние державы. Изучайте японский язык, господа!» То же говорилось и на маньчжурском отделении.

С отречением Николая II от престола в марте 1917 г. Гондатти арестовали, повезли в Петроград на чрезвычайную комиссию Временного правительства. Но никакой крамолы за губернатором не нашли и отпустили. Гондатти решил уехать в Харбин, где работал в земельном отделе Управления КВЖД. Занимался Гондатти научной и благотворительной деятельностью. С 1923 г. возглавлял Общество русских ориенталистов, издававшее журнал «Вестник Азии». Во время голода в Поволжье Гондатти организовывал так называемые недели сборов вещей и продовольствия. Жертвовали голодающим соотечественникам все слои харбинского общества. Так, два крупных харбинских коммерсанта — экспортера зерна пожертвовали 30 вагонов хлеба, которые за их же счет были отправлены в Самарскую губернию. Общество домовладельцев и землевладельцев Харбина, председателем которого был Гондатти, выделило для голодающих семь вагонов проса.

Один из районов Харбина даже получил название Гондатьевка. Здесь в 1924 г. была произведена закладка и построен храм Казанской Божией Матери, вокруг которого должен был вырасти мужской общежительный монастырь.

Не жалкий, не униженный

Несмотря на помощь молодому советскому государству, последнее обошлось с Гондатти как обычно — жестко. После возвращения КВЖД в управление СССР Гондатти по требованию советских властей был арестован китайцами, отстранен от должности и посажен в тюрьму.

«В Сыскном отделении репортеру удалось обменяться несколькими фразами с Гондатти, — писали газеты. — На вопрос о том, известны ли последнему причины ареста и продолжительность его, Николай Львович ответил: «Мне ничего не объяснили, и я не знаю ни причин задержания, ни как долго продолжится арест. Что делать — пусть подержат, мне не привыкать к арестам. За время революции я девять раз арестовывался», — с улыбкой добавил он, прощаясь».

Все же китайцы, признававшие заслуги Гондатти, выпустили его из тюрьмы. Несмотря на то, что Гондатти не принял советского гражданства, во время Второй мировой он выступил против японцев. В связи с этим у него начались проблемы: он лишился особняка в Харбине, ушел с поста председателя Общества домовладельцев, из совета банка, у него забрали гимназию, библиотеку, мебель и выселили.

Того, кто тогда встречался с ним, поражало, что, несмотря на бедность и преклонный возраст, он не выглядел ни жалким, ни униженным. Гондатти тяжело заболел и после продолжительной болезни 5 апреля 1946 г. на 86-м году жизни скончался у себя на квартире. Некрологом ему стали следующие строки: «Во всех своих действиях и поступках Николай Львович проявлял себя как достойный сын своей Родины и благородный исполнитель своего долга перед Отечеством. Он ушел в вечность никому не должным и не обязанным. Родине своей он отдал все свои годы жизни, и ум, и энергию, и знания, и любовь. И за все сие был судим и оправдан десять раз».

Юрий УФИМЦЕВ

Комментарии (0)
Отправляя комментарий, вы соглашаетесь с Политикой конфиденциальности.
НОВОСТИ ПАРТНЕРОВ